Silent Town
Весь мир жанра Horror - видеоигры, фильмы, литература
Survival Horror, Action Horror, Horror Adventure, Visual Novel
· #21980
ответить

Перевод дневников героев Silent Hill: Homecoming с официального сайта
[spoiler]http://online.konamimobile.com/KDEOnline/SilentHill_Widget/index.html
(с) by Klimat

Алекс Шеперд

2 августа

Жарко тут. Изнуряюще. Я еле дышу. Но, думаю, в этом и вся фишка. Война – это ад, правильно?

Зачем я пишу? Один парень сказал, мне будет полезно иметь связь с остальным миром. Поддержит моральное и улучшит умственное состояние. Сэр, да, сэр. Кроме того, что мне ещё делать в моё свободное время? Конверт домой послать?

К сожалению, я не могу сказать вам, где я. И я не могу сказать вам, что я делаю здесь, тоже. Всё, что я могу сказать, так это моё имя. РПК* Алекс Шеперд. И всё, что вам нужно знать, так это то, что я в миллионе миль от дома у чёрта на куличках, с тысячей людей вокруг, пытающихся убить меня каждый день.

Так как я попал сюда? Ну, полагаю, мне стоит, наверное, объяснить.

————-

4 августа

Ходил в патруль сегодня. Примерно этим мы тут и занимаемся каждый день. Я бы рассказал подробней, но а) меня под трибунал отдадут и б) это не так уж интересно. Просто ездишь вокруг да около, держишь глаза открытыми, ищешь плохих парней. Большую часть времени ничего не происходит. Если что случится, я дам вам знать.

Я обещал рассказать, как попал сюда. Думаю, есть много причин. Примерно тех же, что и у всех остальных. Маленький город, небольшой выбор. Военный отец, военный сын. Я ещё поведаю о нём позже. Сейчас нет сил.

Но, думаю, главной причиной, по которой я призвался, было то, что мне хотелось чего-то нового, хотелось сделать что-нибудь хорошее. Понимаю, звучит сентиментально, но кто может сказать наверняка? Вероятно, здесь я узнаю себя получше.

Я не пытаюсь быть крутым, корчить героя или что-нибудь в этом роде, я просто хочу сделать что-то, что имеет хоть какое значение.

————-

5 августа

Сегодня было так жарко, я уже подумал, моя кожа расплавится и стечёт с тела. Наши палатки оснащены воздушными кондиционерами, но прохладный воздух никогда не задерживается. По крайней мере, когда ты заходишь в любой мобильный командный пост, ты можешь оставаться там так долго, как сможешь, есть ли у тебя там какое-то дело либо нет. Находится там приятно.

Раньше я любил жару. В летнее время мой брат и я каждую секунду, какую только могли, проводили на пляже. Наш городок стоит на озере, там постоянно отдыхали туристы, приезжающие ради рыбалки, катания на лодках и прочих таких вещей.

Когда я был в старшей школе, я иногда работал в доках заправщиком, дабы заработать денег. Девушки, что приезжали туда в отпуск… Даже и не пытайся заставить меня думать о девушках, покуда я застрял тут.

Чёрт, я только что на секунду почувствовал настоящую тоску по дому, как вспомнил о летних временах. Последнее моё лето там я почти каждый день проводил в компании с моей подругой Эл. Я могу, наверное, написать пять страниц только про неё. Только про самую крутую девчонку в мире. Мы были друзьями, когда учились в старшей школе, покуда я не уехал, но я, в общем-то, после того как убрался, не поддерживал с ней связи. Я, в общем-то, не поддерживал связи ни с кем.

Думаю, в этом и всё дело. Одна из причин, почему я уехал. Не всегда всё там было так замечательно. Не всегда всё было, как летом. На самом деле, большую часть времени всё было паршиво.

————-

6 августа

Мы сегодня патрулировали городок в 50 милях отсюда. Такой себе городок-призрак. Буря разгулялась всерьёз, и видимость едва ограничивалась расстоянием в двадцать футов от собственного лица. Время от времени появлялись какие-то селяне, и мы наставляли на них наше оружие. Они даже не реагировали. Они просто проходили мимо, будто нас и не было. Жутковато. Я чертовски обрадовался, когда мы вернулись.

Это впервые, когда я действительно чего-то тут испугался. Такое ощущение, будто нечто поджидало меня за каждым углом. Я чувствовал себя уязвимым. Единственной вещью, толкающей меня вперёд, оставалась миссия. Я просто рад, что вернулся теперь назад в палатку.

Мой папа назвал бы меня слабым. Он провёл пятнадцать лет в армии. Ага, есть к чему стремиться, не правда ли? Он пытался вырастить из меня солдата некоторое время, но забросил это дело после рождения моего брата. Думаю, его чертовски удивил тот факт, что я завербовался. Он, вероятно, думал, я на такое не способен.

Ну, вот он я.

————-

8 августа

Есть тут местный парнишка, приходит каждый день и пытается продавать всякие штуки. Когда он в первый раз показался, военные полицейские были на нервах и обыскали его, желая убедиться, не принёс ли тот бомб. Но за пару деньков он стал всем лучшим другом. У него на лице всегда эта широкая улыбка, и он просто околдовывает окружающих. Он напоминает мне моего брата Джошуа. Если и делает что-то не то, всё равно не наживает проблем. Просто улыбается своей широкой улыбкой и выпутывается из всех неприятностей.

Я помню день, когда брат появился на свет, и какими счастливыми тогда выглядели мои родители. Это оказалось для них почти облегчением. Джошуа на десять лет младше меня, мне кажется, они пытались заиметь ещё одного ребёнка всё это время, потому, думаю, они были просто счастливы, что он оказался здоровым. Довольно сильно разбаловали его с тех пор. Я не был против сперва, так как мы с ним ладили замечательно. Но они, в общем-то, совсем позабыли обо мне, когда родился брат. Даже сейчас я не получил от них ни единого письма с того дня, как уехал. Я тоже не утруждал себя почтовыми пересылками.

Ещё в старшей школе я знал, я должен был выбраться из города. Это то, о чём я никогда не мог рассказать Эл. Обе наши семьи жили там целыми поколениями (ты понял? Шепердс Глен? Я знаю, не напоминай, насколько же паршиво, когда город назван в честь какого-то твоего прапрадеда), так что это была не самая простая тема для дискуссии. Хотя Эл в действительности никогда и не ощущала давления семейных традиций. Она была независимой, себе на уме. Никто не указывал ей, как жить. Мне это нравилось. Когда я уехал, всё окунулось в такой хаос, у меня просто не было возможности хотя бы сказать до свидания. А отсутствовал я уже давненько. Даже не знаю, помнит ли она меня.

————-

9 августа

Я видел, как парню оторвало взрывом ноги сегодня. Он проходил патрулём неподалеку от БТР-а, когда противопехотная мина хлопнула со стороны дороги. Верхняя часть тела сделала переворот назад и приземлилась прямо передо мной. Без лишних размышлений я замотал жгутами каждый кровавый ошмёток и начал проводить сердечно-лёгочную реанимацию. Я был с ним целый час, покуда появились медики. Тогда я зашёл за угол и проблевал минут двадцать.

————-

10 августа

Я вырос в маленьком городе. Я уехал, ибо хотел изменений, а окружающие были слишком слепы, дабы понять, чего я стою. Мне всё равно, вернусь ли я туда когда-нибудь, но мне бы хотелось, чтобы люди, которые мне дороги, знали, в сложной ситуации я сделал всё от меня зависящее, пытаясь её исправить. Мне бы хотелось, чтобы они гордились мной. Мы отправляемся на задание этой ночью. Никаких патрулей, никакого эскорта, настоящее задание. Военные взяли под контроль ближайший городок, и мы собираемся вычистить их и освободить гражданских, живущих там. Мы натренированы, мы готовы, и у нас есть цель, ради которой мы здесь.

————-

22 августа

Я знаю, много времени прошло с моего последнего сообщения. Я просил их позволить мне заполучить компьютер, но они всё продолжали твердить, что я слишком слаб.

Я полагаю, довольно таки очевидно, я не на боевом поле теперь. В прошлый раз я писал, мы как раз собирались передислоцироваться в небольшой городок, вытеснить оттуда взявших его под контроль военных. Это звучало, как хорошая идея.

В городе было тихо, когда мы вошли. Это уже казалось подозрительным. Мы подбирались к центральной части, когда огонь из мелкокалиберного оружия вспыхнул вокруг нас. Ракета подбила ведущий транспорт, загоняя нас в ловушку. Это была засада.

Вызвали авиационную поддержку и открыли ответный огонь. Но мы были в меньшинстве. Парней начало косить прямо вокруг меня. Парни, которых я знал, умирали у меня на глазах. Сержант Нэш сгруппировал нас вместе, и мы заняли укрытие за бетонной стеной. Последним, что я помню, был свист приближающейся ракеты и вес этой самой бетонной стены, падающей сверху.

Переброска на вертолёте, да пара перелётов позже — и вот я в снова в Штатах. Я на самом деле не помню ничего из этого. Всё затянуло чёрным и я проснулся в данном военном госпитале, меня везли в хирургию. Я был без сознания в следующие несколько дней, глядел сны большую часть времени. Даже сейчас я не на 100% поправился. На самом деле, даже написание этой заметки вымотало меня. Вынужден закончить её позже.

————-

23 августа

Пришлось долго упрашивать, чтобы мне опять дали компьютер. Мне нужно отдыхать, они говорят. Это всё, чем я тут занимаюсь. Мне необходима хоть какая связь с внешним миром.

Я узнал сегодня, сержант Нэш жив и находится тут, в госпитале. Собираюсь попытаться навестить его, как будет возможность. Я всё ещё на инвалидной коляске, так что мне сложно передвигаться по округе без чьей-либо помощи. Чувствую себя жалким.

Не знаю, выжил ли ещё кто-нибудь. Возможно, Нэш знает.

Никаких вестей от родителей. Даже не в курсе, проинформированы ли они о моём теперешнем положении.

————-

24 августа

Нашёл сержанта Нэша. Он в хорошей форме и помнит многое о том, что произошло.

Как оказалось, ополчение было готово к нашему приходу в тот день. Те самые селяне, которых нас послали защищать, следили за нами, за нашими передвижениями, за нашим отбытием с базы, за всем. Они передали эту информацию ополченцам, так что те были готовы к встрече, когда мы появились. Они сдали нас.

Воздушная поддержка показалась почти сразу, как меня ранило. Они сравняли с землёй каждое здание, где мог скрываться враг. Вертолёты прибыли удостовериться, всех ли вытащили оттуда: раненых, живых или мёртвых. Мы потеряли более половины отделения.

Всё это испытание преподало мне важный урок. Вместо того, чтобы сфокусировать внимание на исполнении насущных заданий, я отвлекался, думая о том, что должен сотворить какое-то «высшее добро», что-то доказать себе, и о прочем подобном дерьме. Я поймался, пытаясь спасти мир, вместо того, чтобы сконцентрироваться на важных вещах и придерживаться задания. Такие размышления стоят людям жизни. Этого не произойдёт больше.

————-

25 августа

Еда тут ужасна. У меня жёсткая кровать. Есть лишь одно обстоятельство, помогающее переносить все местные тягости. Медсёстры.

Девушки восхитительны. Они носят эти белоснежные униформы, заканчивающиеся чуть выше колен, их бюсты просто вываливаются из блузок. Послушай, я не хочу выглядеть, словно какой-нибудь вшивый извращенец или типа того, я просто говорю, я благодарен армии за снабжение нас хоть чем-то, скрашивающим теперешние дни. Возможно, таков их способ отплатить нам за пребывание в месте, подобном этому. Не знаю. Могу сказать лишь одно: «Спасибо».

————-

26 августа

Приступил к физиотерапии сегодня. Я поставил себе за цель начать ходить в месячный срок. Они говорят, я тороплю события, но мне всё равно. Я не могу оставаться тут вечно, хотя точно и не знаю, куда направлюсь потом.

Физиотерапия выматывает. Держал себя на руках и старался научить ноги вновь ходить. Такое чувство, будто вместо ног два больших мешка с картошкой. Но я продолжаю пытаться. Не смотря ни на что, я собираюсь продолжать пытаться.

Говорил с сержантом Нэшем сегодня. Ему уже лучше, и он, вероятно, отправиться домой в ближайшее время. Он хороший человек.

————-

2 сентября

Мои дни теперь наполнены упражнениями, умственными и физическими упражнениями, делающими меня сильнее. Приём витаминов утром, завтрак, физиотерапия, ленч, ещё физиотерапия, обед, оценка физического состояния, вакцинация, взвешивание, измерение объёма мышц, тесты плотности костей и так далее, и так далее, и так далее. Начинаю чувствовать себя подопытным. Но я становлюсь сильнее. Я могу удерживать себя на двух ногах. По ночам я делаю отжимания от пола и потом вскарабкиваюсь назад в кровать. Я не собираюсь сгнить в этом месте.

————-

8 сентября

Сержант Нэш уехал сегодня. Я зашёл в его комнату на костылях, дабы попрощаться. Он собирался домой на пару недель, а после они вновь отправят его назад. Он надеялся, что сможет провести больше времени с женой и дочкой, но они сказали, он им нужен. Это меня действительно поразило. Они и со мной собираются так поступить, когда мне лучше станет? Отправить меня назад? Не думаю, что смогу туда вернуться. Не думаю, что смогу опять видеть, как люди, которых я знал, умирают передо мной.

Нэш произнёс кое-что странное, прежде чем уехать. Не знаю, чувствовал ли он себя преданным, когда его решили послать опять на поле боя так быстро, или же он имел в виду засаду, из-за которой мы сюда попали, но Нэш посмотрел на меня и сказал: «Не верь никому».

————-

12 сентября

Прошёлся в приёмную и назад сегодня. Самостоятельно. Никаких костылей, никаких поручней, ничего подобного. Хотел бы я, чтобы Нэш это видел. Я почувствовал, как достиг чего-то. Но также почувствовал и тревогу. Что дальше? Мне станет лучше скоро, и когда это произойдёт, что они сделают со мной?

————-

13 сентября

Окей, это будет сложно. Я, может, стану немного путано изъяснятся. Я всё ещё немного в замешательстве. Пытаюсь всё вспомнить, очень стараюсь, но память приходит и уходит. Вот почему всё необходимо записать.

У меня были кошмары прошлой ночью. Я находился тут, в госпитале. Но это был не совсем госпиталь, понимаешь, о чём я? Он был преображённым, будто вывернутая версия – всё то же, но вроде как задом наперёд. Я всё слышал странные шумы и такие звуки, будто бы людей убивали. И было темно. Я едва мог что-либо разглядеть.

И тогда я увидел моего брата, Джошуа. Он был тут, в госпитале, но как только я оказывался рядом, он убегал. Он говорил со мной, будто не знал, кто я.

Когда проснулся, я кричал. Я не был уверен, проснулся ли вообще, так как я всё ещё находился в госпитале, и было темно. Потом вбежали медсёстры. Я не мог успокоиться, так что они, в конце концов, ткнули меня иглой и остепенили меня. Вот почему всё так размыто. Я до сих пор немного не в себе из-за лекарств. Кажется, я успокоился, но я всё никак не могу выкинуть этот образ Джошуа из моей головы. Почему он не слушал меня? Почему он был тут, в госпитале?

————-

14 сентября

Почувствовал себя немного лучше сегодня. У меня были проблемы со сном, но я пытаюсь не позволить им помешать моим упражнениям. Мои ноги уже окрепли. Я начинаю ходить по лестницам.

Когда я учился в старшей школе, помню, моя подруга Эл имела привычку бегать по треку. После уроков всегда можно было увидеть команду, наматывающую круги в спортзале, пробегающую вверх по ступенькам на площадку для взвешивания, а потом опять вниз, на другую сторону. Я помню, как думал, насколько же это изнуряюще, бегать по всем этим лестницам. Теперь я ощущаю нечто подобное после восхождения хотя бы на один пролёт.

Но укрепление здоровья – это то, на чём я должен сейчас сфокусироваться. Не хочу думать ни о чём другом.

————-

15 сентября

Мне опять приснился тот сон. Он был даже дольше в этот раз. Не важно, как близко я подбирался к Джошуа, он всегда убегал. Он всё просил меня о разных вещах, но что бы я ни притаскивал ему, ничего не помогало. Он выглядел неважно. Что-то было не так.

Я знаю, это всего-навсего сон, однако у меня весь день не проходит это нехорошее чувство, будто нечто случилось с ним. Я знаю, звучит смехотворно, но я не могу от этого чувства избавиться. Возможно, мне станет лучше завтра. Доктора собираются дать мне что-то, что поможет уснуть этой ночью. Не уверен, хочу ли я.

————-

18 сентября

Я попросил работников госпиталя попробовать связаться с моими родителями. Я ни слова не слышал от них с тех пор, как попал сюда. Просто хочу, чтобы они оставили сообщение или типа того, дали мне знать, с Джошуа всё в порядке. Я уверен, так и есть. Просто хочу знать наверняка. Мне не станет лучше, если я буду волноваться о каком-то дурацком сне.

————-

21 сентября

Этот сон преследует меня теперь каждую ночь. Я перестал говорить о нём докторам. Я вру теперь, ибо каждый раз, когда рассказываю правду, они тычут в меня очередной иголкой, дабы вырубить. Меня уже тошнит от этого. И психиатр крутится неподалёку, желает знать все подробности, желает знать, нет ли у меня стресса по какому-либо поводу. Да, кретин, у меня стресс из-за этого дурацкого сна! Я волнуюсь из-за моего брата и родителей, что никак не позвонят! Итак, да, у меня стресс.

Лекарства делают меня вялым. От них мышцы становятся слабыми. Вот почему я не рассказываю о моих снах теперь. Мне нужно выбраться отсюда. И единственный способ это сделать — не привлекать к себе лишнего внимания.

————-

25 сентября

Я занимался рекогносцировкой. Во время утренней прогулки по приёмным я составлял в голове каталог всех выходов и всех мест, где дежурят военные полицейские. Это была моя задача на день. Будто бы ещё одна миссия.

Сны не прекратились, но я никому об этом не говорил (кроме людей, читающих данные заметки). Я чувствую себя лучше, после того как мне перестали давать лекарства. Моё внимание более сфокусировано.

Мне страшно от одной мысли о возвращении домой в Шепердс Глен, однако это необходимое зло. Я не могу оставаться здесь, так себя ощущая. Мне просто необходимо проверить, что с Джошуа, убедиться, всё ли хорошо.

————-

29 сентября

Они узнали про кошмары. Я, должно быть, разговаривал во сне. Я опять проснулся, выкрикивая имя Джошуа, и они тут же вкололи мне успокоительного. Я сказал им, мне просто нужно выбраться отсюда на срок, достаточный, чтобы проведать брата. Они сказали, у меня какой-то посттравматический шок. Они сами не знают, что за чертовщину несут. Или, возможно, знают. Это всё оно и есть? Если да, как мне от этого избавиться?

Я не могу мыслить трезво из-за лекарств, которые они дают мне. Что бы это ни было, это не помогает. Они заставляют меня спать, но не избавляют от снов. Что важнее, они не избавляют от этого ужасного чувства. Мне просто необходимо уехать!

————-

1 октября

Я разрабатываю план побега отсюда. Не то чтобы тут был высокий уровень безопасности. Это не тюрьма или типа того. Но это военный госпиталь. У них тут военные полицейские у каждого выхода и ты не можешь уйти без нужных бумаг, а потому мне придётся бежать. Они погонятся за мной? Сомневаюсь. Они скорей всего решат, что я всё равно вернусь рано или поздно. И, кто знает, возможно, так и будет. Потом, опять же, я не знаю, подходит ли мне всё ещё жизнь военного. Я не знаю точно, каким будет моё будущее. Знаю одно: тут я больше не останусь.

————-

7 октября

План готов. Во время утренних прогулок я нашёл выход на погрузочный док в задней части здания. Я стоял там и разглядывал двери добрых пять минут, пока военный полицейский обнаружил меня. Я скорчил дурачка, будто бы я весь наколот лекарствами (что в моём случае оказалось легко симулировать). Сделал вид, будто потерялся. «Ну, ты не можешь тут находиться, солдат, — сказал он, — Тебе надо вернуться в палату, где тебя смогут привести в порядок». Снисходительная задница. Чёрт, вот он взбесится, когда поймёт, что я выбрался этим путём.

Вышел в онлайн и раздобыл карту окрестностей госпиталя, обнаружил, что главная дорога, идущая от парадного входа, ведёт прямиком на трассу. Я подсчитал, я могу выбраться через погрузочный док, добраться по дороге до трассы и словить там попутку. Если уеду до полуночи, в Шепердс Глене буду уже к утру.

Надеюсь, никто из местного персонала это не читает. Если читает, я влип.

————-

10 октября

Моя последняя запись. Я полностью выздоровел, я окреп и они не давали мне лекарств последние пару дней, так что я в трезвом рассудке. Думаю, лучшего времени для побега не будет. Мне просто необходимо удостоверится, что с Джошуа всё в порядке. Я его старший брат, это моя работа. Сидя тут, я ничего не выясню. Они точно не позволят мне уйти, пока кошмары не прекратятся, а кошмары не прекратятся, пока я не проверю, как там Джошуа. Так что я попал в заколдованный круг. Надеюсь, всё пройдёт успешно.

Если всё пойдёт, как запланировано, я отпишу в скором времени хорошие новости, трезвые мысли и некоторые идеи на будущее.

До следующего раза?

РПК Алекс Шеперд, конец связи.

————-
* РПК — рядовой первого класса (англ. PFC — Private First Class) — воинское звание, высшее звание для рядового.

Free WordPress Themes, Free Android Games