Я стар
Статьи Silent Town
Весь мир жанра Horror - видеоигры, кино, литература
Survival Horror, Action Horror, Horror Adventure, Visual Novel, Thriller
Картинка профиля Автор:
Канаэ

Далия Гиллеспи. Жестокость слепой веры

0

Вновь обращаемся к знаменитому гайду под названием “SilentPyramid Plot Analysis». На этот раз статья посвящена такому ключевому персонажу вселенной Silent Hill, как Далия Гиллеспи. Для кого-то одержимая фанатичка, возглавляющая культ, а для Алессы – жестокая мать.

Внимание! Перед прочтением данной статьи желательно ознакомиться с игрой Silent Hill, чтобы потом не испортить себе удовольствие от ее прохождения спойлерами.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Согласно Lost Memories, на момент событий SH1 Далии Гиллеспи было 46 лет, что дает нам право предположить, что женщина прекрасно знала об ужасах Второй Мировой (обратите внимание на шрам на лице Далии, очень четко заметный в 19-й сцене интро — это последствие войны, или родители будущей культовички в детстве жестоко обращались со своей дочерью??).

Это всеобщее страдание оказало огромное влияние на молодую Далию — в ее голове после этого укоренилось убеждение, что жизнь всегда приносит лишь страдание, а смерть от страданий избавляет — по этой причине Далия и занялась черной магией, храня надежду, что ей удастся устроить Апокалипсис и освободить всех людей от оков существования и боли («The time is neigh. Everyone will be released, from pain and sufferring. Our salvation is at hand!» — говорит предсказательница)…

День ото дня, жительница Безмолвного Холма изучала религиозные книги, молилась иконе с изображением крылатого демона, висевшей в ее доме в Business District, и, естественно, затесалась в ряды местного культа «the Order», начав попытки привнесения в религиозные учения культа многих элементов каббалистики и сатанизма — но, тем не менее, тогдашним представителям «the Order» (к примеру, Леонарду Вульфу) этот новый взгляд на их религию понравился, и влияние начитанной и просвященной Далии Гиллеспи в культе начало постепенно расти, пока она сама не возглавила секту. Тем временем, среди обычных горожан жительница Безмолвного Холма приобретала все более дурную славу сумасшедшей старухи («Oh yeah, that crazy Gillespie lady. She’s kinda famous around here. She never sees anybody, so I don’t know that much about her» — говорит о ней медсестра Лиза Гарланд).

За 14 лет до событий SH1 у Гиллеспи рождается дочь (Алесса), но вместо того чтобы заботиться о своем единственном ребенке, фанатичная верующая решает посвятить не только свою жизнь, но и жизнь своей дочери вызову Бога, использовав маленькую девочку как инструмент для осуществления своих целей…

Жестокость слепой веры

По всей видимости, у Далии было действительно что-то серьезно не в порядке с головой — ослепленная религией, женщина совершенно перестала отличать добро от зла. В доме Далии (что находится в Business District) мы можем видеть многочисленные картины с изображениями истерзанных тел распятых мучеников (культовичку такие садистские извращения ничуть не смущали), а в тайной церкви своего антикварного магазина — висящий на стене ритуальный топор (она еще и приносила жертвоприношения своему божеству?).

«Чтобы принять темноту в свое сердце, нужно ослепнуть, порвать всю связь со светом жизни!»

Далия жестоко обращалась и с дочерью, т.к. верила, что истинный Бог может быть Рожден лишь из боли и страдания — и начала воспитывать несчастную Алессу именно в таком стиле, превращая жизнь дочери в настоящий кошмар наяву, взращивая в ней чувства отчужденности и агрессии. День ото дня мать читала своей дочери религиозную литературу (половина книжного шкафа в комнате Алессы забита именно этим хламом), заставляла ее молиться перед алтарем и иконой с изображением демона (воспоминания Алессы о молитвах мы можем видеть в «Нигде») и даже частенько занималась рукоприкладством, насильно вбивая в голову маленькой девочки свои убеждения (мы находим подтверждение этому в записках К. Гордона об Алессе:

«Most likely her mother is abusing her. I’ve never seen her come in without some sort of scrape or bruise».

Точно не известно, понимала ли мать вообще, ЧТО делает со своим ребенком — вряд ли она особо заботилась о чувствах Алессы… Все свои жестокие действия Далия оправдывала «благой» целью — посредством силы боли и ненависти своей дочери вызвать Бога\Демона (все же сатанистка прекрасно понимала, что Бог, которого она вызывает — отнюдь не добрый сахарный трюфель — об этом ясно говорит реакция Далии на использование Аглаофотиса,- если она думала, что Бог будет добрым, тогда зачем было так бояться травы, действующей только против ЗЛЫХ духов/демонов?) и освободить

человечество от существования, полного страданий. Как мы видим, женщина свято верила, что так будет лучше для ее дочери и всех остальных людей («Do as mommy tells you, now. It will make everyone happy… and it’s for your own good too»).

Вот только у сей «благой» цели был один мааалюсенький такой недочетик — Гиллеспи, решая за всех, как-то позабыла спросить, хотят ли сами люди прекращения «страдальческого» существования и хочет ли ее дочь Пришествия Бога…

Пытаясь вызвать «Бога», Далия поджигает свой дом (чтобы инсценировать несчастный случай, она осуществляет поджог посредством выведения из строя устаревшнго парового котла в подвале дома), предварительно заперев Алессу внутри. Тем не менее, вследствие противоречий в душе девочки, Рождения не вышло — личность Алессы была разделена напополам, а оставшейся после разделения части силы в обгоревшем теле девочки было явно недостаточно для осуществления планов Далии. Договорившись с доктором Майклом Кофманном из местной больницы, Гиллеспи решает втайне перевезти тело Алессы «на хранение» в скрытое от посторонних глаз подвальное помещение госпиталя Алечемилла, чтобы выиграть время и разработать новый план.

На протяжении этого времени женщина переезжает жить в свой антикварный магазин «Green Lion» (т.к. она лишилась дома в результате ритуала сожжения дочери) и устраивает там свою секретную церквушку в целях продолжения молебен своему Богу-Демону (на самом деле она, пробив стену в полуподвальной лавке, пробралась в канализацию и тайно переоборудовала там помещение для своих нужд), перетащив в лавку сохранившийся алтраь из сгоревшего дома (да-да, именно перед этим алтарем когда-то молилась ее дочь).

Культовичка была уверена, что рано или поздно оставшаяся в истинном теле часть души Алессы (навечно запертая в своем кошмаре), не в силах более выносить страдания, призовет к себе пропавшую часть («Feeling this child’s pain, it’s sure to come») — и тогда у Далии снова появится шанс. И верующая не ошиблась — спустя 7 лет после ритуала сожжения Алессы, вторая часть души действительно вернулась, восстанавливая истинную силу Алессы и погружая весь город во тьму кошмара девочки… чего и дожидалась Далия.

По определенным причинам, Гиллеспи, несмотря на все свои заблуждения, становится единственным человеком во всем Сайлент Хилле, кто действительно понимает всё происходящее и в совершенстве знает значение и силу магических знаков и предметов (потому что она сама и вбила все это в голову любимой дочери — в буквальном смысле). Это знание дает ей невероятную силу — подобно гениальному стратегу, она начинает одно за другим устранять все препятствия на своем пути.

Первым делом культовичка направляется в христианскую церковь Balkan Church и по прибытии начинает звонить в колокол, чтобы привлечь внимание человека, приехавшего в город вместе с потерянной половиной души (в это время Мэйсон как раз собирался выходить из школы). Стремление сатанистки встретится с ожидаемым человеком именно в *христианской* церкви может быть истолковано играющим как ее попытка вызвать к себе доверие…

Откуда Далия узнала о Гарри?

Сама Далия в «церковном» диалоге уверяет, что пришествие Гарри Мэйсона было предначертано ритуалом под названием «Gyromancy». На самом деле это реально существующий вид гадания, когда человек чертит на полу окружность, пишет на ней по порядку все буквы алфавита, потом встает в центр окружности, закрывает глаза, делает несколько оборотов и потом шагает вперед, тем самым наступая на одну из букв. И так продолжается N-ное количество раз, пока буквы не сложатся в осмысленные слова… Конечно, все мы понимаем, что в реальном мире такое гадание вряд ли будет весьма эффективным (придется долго пытаться, прежде чем наконец случайным образом выбранные буквы совпадут так, что приобретут хоть какое-нибудь внятное

«Все будут освобождены от боли и страданий. Наше спасение близко!»

значение) — но Далия проделывала это гадание, уже находясь в мире Алессы, а девочка, как мы знаем верила в магию — поэтому в ее мире обряд действительно мог сработать и дать верное предсказание!

В первой встрече мы можем заметить, что Далия сначала рассматривала изображение Иисуса на кресте (думала ли она при этом о судьбе своей дочери-мученицы?), но, осознав, что в церковь заявился Гарри, она оборачивается к вошедшему (при этом умудряясь еще и почесать ухо о левое плечо — не слишком христианский жест ^__^) и начинает убеждать его следовать пути истинному («You must follow the path»), взять пирамидальный объект «Фларос» (под предлогом, что он обязательно поможет писателю — «Here, The Flauros, A cage of piece. These will help you») и чапать на поиски дочери в госпиталь, пока не поздно («Make haste to the hospital before it’s too late»).

Зачем Далии понадобилось использовать Гарри?

Первая проблема Далии заключалась в том, что ей было просто необходимо каким-то образом подобраться к Алессе и лишить ее сил, чтобы подчинить своей воле и затем осуществить слияние. Но как это сделать? Ведь девочка скрывалась в своем кошмарном мире от матери и, являясь создателем альтернативного мира, ни за что бы не подпустила Далию близко к себе. И тогда предсказательница составляет хитроумный план: отдать Гарри магический предмет Фларос (способный ослабить волю Алессы) и, введя писателя в заблуждение, убедить его найти Алессу — тогда Фларос автоматически сработает, и Далии останется только забрать уже ослабленную Алессу с собой! На протяжении всей игры мы видим, как всевидящая Гиллеспи указывает писателю истинный путь, стараясь вывести его на Алессу.

Далее культовичка также направляется в госпиталь Алчемилла, осознавая, что для удачного исхода дела ей все еще необходимо выполнить некоторые шаги:

1) Устранить угрозу в виде бывшего сюзника — Майкла Кофманна. Далия знала, что доктор держит где-то в госпитале магическую жидкость Аглаофотис, составлющую опасность для Рождения — от нее нужно было немедленно избавиться. Тщательно обыскав кабинет директора госпиталя, женщина наконец находит заветную бутылочку с кроваво-красным содержимым в выдвижном ящике стола и разбивает ее об пол (только вот она не предвидела, что Кофманн, имея надежно спрятанный запас Аглаофотиса, специально положил одну бутылку туда, где её будет легко найти, чтобы ослабить бдительность Далии).

2) Забрать из тайного подвального помещения госпиталя Алчемилла истинное тело Алессы, все еще содержащее половину души и необходимое для проведения слияния.

В процессе обследования Алессиного мира, Гиллеспи начинает понимать, что ее непокорная дочь пытается использовать в своем мире магические символы, именуемые Печатью Метатрона, чтобы предотвратить Рождение («I was shocked to realize the talisman of Metratron was being used») — вот это уже действительно плохо; необходимо спешить… Найдя опоздавшего на встречу с Алессой («You were too late») Гарри Мэйсона в госпитальской Examination Room, Далия поторапливает его продолжать поиски, попутно смутно поясняя ситуацию с магическими символами и поглощающей город тьмой (и все больше запутывая и так ничего не понимающего протагониста).

В следующий раз мы видим Далию в сцене на яхте в курортном районе — заметно, что предсказательница нервничает (еще бы! Если Алессе удастся поставить в своем мире еще хотя бы 2 Печати Метатрона, а незадачливый Мэйсон ее так и не остановит — то все планы Далии рухнут) и, убеждая писателя в том, что девочка в школьной форме является демоном, забравшим его дочь и желающим поглотить всю землю («Hungry for sacrifice, the demon will swallow up the land! The demon taking that child’s form! Stop it before your daughter becomes a sacrifice. Before it is too late!»), снова отправляет Гарри на поиски.

В результате план Далии удается: Гарри настигает Алессу в СайлентХилловском парке развлечений, Фларос начинает действовать и ослабляет Алессу, давая Далии возможность подобраться к дочери в ее мире. Теперь, когда у Далии есть не только тело Алессы (которое находилось в Алчемилле), но и душа девочки (которая бегала по кошмарному миру и рисовала Печати Метатрона), ей удается восстановить целостную Алессу для вызова Бога…

Наконец-то верующая находится в едином лишь шаге от осуществления заветной цели, скоро ей удастся оставить свой след в истории, изменить мир и избавить людей от страданий, причиняемых жизнью… День Спасения близок, скоро все вернутся в истинный Рай… Даже полыхая в Адском Пламени, Далия все же счастлива — Бог подарил ей желанное Спасение… Перед смертью она смеется — Бог рожден, и теперь ее мечта может осуществиться — мир, пожираемый огнями Апокалипсиса, навсегда запомнит Далию и ее дочь Алессу, ей все же удалось изменить мир!

Но Далия ошиблась. Гарри Мэйсон убил Бога (не без помощи Шерил). Таким образом, в SH3 мы видим, что никто уже и не помнит про Далию. Единственный раз, когда кто-то в культе вспоминает про нее — это Винсентовское брезгливое «this crazy old hag» (но ведь теперь Винсент, Леонард и Клаудия мертвы, также мертв и Уолтер Салливан — т.е. имя сатанистки культом забыто навсегда). Весьма важный смысл несет тот факт, что несмотря на все усилия Далии Гиллеспи, единственным человеком, помнящем о ней, осталась ее многострадальная дочь — Алесса.

— — — — — — — — — — — — — — — — — — — —

Оригинальный текст: Канаэ a.k.a. SilentPyramid

Оформление: sabi-kun a.k.a. Максим Барбаков

Статья основана на материалах гайда Silent Hill Plot Analysis, последнюю версию которого вы можете найти здесь

Обсуждение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.